|
Для посетителей Летний сад уже был закрыт, но эрмиты как всегда провели Федю через какую-то только им одним известную калитку.
— В Летнем саду с давних времен живут эрмиты-огородники, — объяснял Иоанн.
— Огородники — в Летнем саду? — удивился Федя.
— Ну конечно. Сначала-то Летний сад называли «Царёв огород». Когда царь Пётр его тут устраивал, из Голландии сюда за европейскими садовниками наши родичи пожаловали — редкие цветы помогали высаживать. Тут вместе с цветами и прижились. Ух, и красотища получилась! А наша мама сейчас в саду работает, — гордо заявил Иоанн.
— Огородницей работает? — спросил Федя.
— Нет, Церерой.
— Кем-кем?
— Богиней плодородия. Ну, она её изображает, пока богиню на реставрацию увезли, — нетерпеливо объяснял Иоанн.
— Богиня на реставрации?
— Да нет, статуя. Просто эрмитессы — лучшие в мире актрисы. Они кого угодно могут сыграть. Мама сейчас изображает Цереру. А на самом деле маму зовут Розалия.
Они подошли к высокому постаменту, на котором стояла статуя римской богини из белого мрамора. Голову её украшала корона из цветов. Теодор тихонько сказал:
— Мама, мамочка, очнись! Сад уже закрыт — посетителей нет.
.
.
.
.
.
.
.
.
.
...Баламут даже крякнул от неожиданности.
— Ш-ш-што такое! — страшно зашипел змей и попытался вырваться, но отважный Пантелеймоныч крепко держал его за хвост. Баламут, не переставая шипеть, начал преображаться. Из его спины выросли короткие крылья с перепонками, а из ноздрей стало выбиваться пламя. Под брюхом оказались огромные когтистые лапы. Змей что есть силы пихнул артиллериста, так что тот отпустил хвост и повалился на землю. Баламут вскарабкался на вершину столба, часто замахал крылышками и прыгнул. Но, не пролетев и нескольких метров, тяжело плюхнулся прямо в Лебяжью канавку и исчез в её темных водах.
— Ах, паразит! Убёг! — в сердцах воскликнул артиллерист. — Видали мы и не таких ящеров. Ух, попадись ты мне!
Питон питоном, а о деле Пантелеймоныч не забывал. Отдышавшись, он продолжил поиски своей пропажи. Публикуется с разрешения ООО "Эрмит Парк" www.skazkaspb.ru |
